Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Бутырин А.Ю.

заведующий лаборатории судебной строительно-технической экспертизы

ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России,

доктор юридических наук, доцент

Статива Е.Б.

государственный судебный эксперт

лаборатории судебной строительно-технической экспертизы

ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России

ИДЕНТИФИКАЦИОННЫЕ ЗАДАЧИ СУДЕБНОЙ

СТРОИТЕЛЬНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

В статье констатируется и обосновывается наличие идентификационных исследований в судебной строительно-технической экспертизе; представлены их виды и специфика.

Ключевые слова: судебная строительно-техническая экспертиза, идентификационные исследования, тождество объектов.

 

В процессе становления и развития судебной строительно-технической экс­пертизы (далее – ССТЭ) представляется возможным выделить два направления познания: прикладное и теоретическое. Первое осуществляется при производстве экспертиз и реализуется в разработке ме­тодических подходов к разрешению но­вых (по отношению к уже имевшим место в практике) следственно- и судебно-эксперт­ных ситуаций. Впоследствии эти подходы обобщаются и приобретают форму методи­ческих рекомендаций по решению типовых экспертных задач. Это направление можно условно назвать «внутренним». «Внешним» направлением процесса познания, соот­ветственно, следует считать своего рода «взгляд со стороны» на судебно-экспертную строительно-техническую деятельность в целом. И если первое направление имеет частный, локальный характер – движение от одного методического решения к другому, то второе обладает признаками характера общего, обобщающего, всеохватывающего по отношению к ССТЭ.

Этот обобщающий подход позволяет рассматривать исследования, проводимые в рамках ССТЭ, как систему, включающую в себя отдельные, отличающиеся друг от друга виды исследований, которые, в свою очередь, взаимосвязаны и зачастую предопределяют друг друга. Так, например, нормативно-девиантные1 исследования, направленные на установление наличия (отсутствия) в конкретной производствен­ной ситуации отступлений от требований специальных правил, предопределяют ка­узальные исследования, цель которых – установление наличия и вида причинной связи между выявленными отступлениями (при наличии таковых) и наступившими не­гативными последствиями, ставшими пред­метом уголовного расследования и (или) судебного разбирательства.

Такой подход к изучению судебной строительно-технической экспертизы по­зволяет, с одной стороны, определить со­держание каждого вида исследований, про­водимого при ее производстве, и, с другой стороны, – констатировать их своеобразие, специфику по отношению к тем же видам исследований, проводимым при производ­стве криминалистических (во многом тради­ционных для судебной экспертизы в целом) экспертиз, обусловленную особенностями объектов ССТЭ и вопросов, ставящихся на разрешение судебного эксперта-строителя.

Так, например, предмет атрибутив­ных исследований в криминалистических экспертизах – это «охранные свойства зам­ка» или «поражающие свойства оружия»2, то есть свойства объекта, функциональ­ное назначение которого – защита от пре­ступного посягательства (в первом случае) либо свойства объекта, выступающего в роли орудия преступного деяния (во вто­ром случае). В ССТЭ атрибутивные иссле­дования проводятся преимущественно при судебном разбирательстве экономических споров между хозяйствующими субъек­тами, которые по своему содержанию со­всем не похожи на криминальные события. Объектами этих исследований являются возводимые либо эксплуатируемые здания, строения и сооружения, отдельные их кон­струкции; строительные материалы и из­делия. Здесь предмет атрибутивных иссле­дований – качественные и количественные характеристики эксплуатационных свойств продукции строительного производства.

Изучение специфики ССТЭ в этой ча­сти позволит, на наш взгляд, как пополнить общую теорию криминалистики и общую теорию судебной экспертизы, так и в опре­деленной степени расширить границы си­стемы соответствующих частных теорий3, в том числе теорию криминалистической идентификации.

Теория криминалистической иденти­фикации является одной из наиболее зна­чимых для судебной экспертизы, относит­ся к числу самых зрелых и разработанных. Отечественная история ее становления и раз­вития определяется весьма значительным (75-летним) периодом времени. Практически все ведущие ученые, специализирующиеся в области криминалистики и судебной экспер­тизы, уделяли внимание проблемам крими­налистической идентификации.

Наиболее значимые работы опубли­кованы такими авторами, как В.Д. Арсеньев, Р.С. Белкин, А.И. Винберг, В.Я. Колдин, Ю.Г. Корухов, И.Д. Кучеров, М.П. Майлис, В.Ф. Орлова, С.М. Потапов, Е.Р. Россинская, М.Я. Сегай, Н.А. Селиванов, Н.В. Терзиев, Б.И. Шевченко, Б.М. Шавер, А.А. Эйсман.

Первая, но не утратившая, на наш взгляд, своей актуальности формулировка понятия «криминалистическая идентифика­ция» принадлежит С.М. Потапову (1943): это «определенный процесс исследования, в результате которого может быть сделан вы­вод о наличии или об отсутствии тождества». Применительно к ССТЭ предпочтительнее говорить, на наш взгляд, об экспертной идентификации, которая выделяется из ряда других (следственной, учетно-регистраци­онной, следственно-оперативной и др.).

«Метод идентификации является спо­собом точного узнавания предметов, от­мечает С.М. Потапов, основанием метода идентификации служит возможность мыс­ленного отделения признаков от вещей и изучения их как самостоятельного матери­ала. Идентификации могут подлежать все­возможные материальные предметы… их роды и виды, количества и качества, участ­ки пространства…».

Идентификационные задачи, столь распространенные в производстве крими­налистических (трасологических, балли­стических, почерковедческих и пр.) экспер­тиз, в практике производства ССТЭ крайне редки и весьма отличаются от традицион­ных идентификационных исследований. Следует отметить терминологические рас­хождения в понятийных аппаратах сферы строительства и судебной экспертизы. Под идентификацией в строительстве понима­ется то, что в судебной экспертизе является классификационными исследованиями, то есть установление принадлежности объ­екта к определенному классу, роду, группе, виду. Так, согласно определению, содержа­щемуся в приложении Б к СП 31-102-99, идентификация – «однозначное опозна­вание функционального назначения объ­екта или зоны риска», то есть отнесение строительного объекта к группе объектов определенного функционального назначе­ния либо иной другой группе, например: «к объектам транспортной инфраструктуры и к другим объектам, функционально-техноло­гические особенности которых влияют на их безопасность»7.

Примечательно, что в специальной ли­тературе, посвященной ССТЭ, исследова­ния этого вида не упоминаются. Считается, что эксперт-строитель идентификационных исследований не проводит. Вместе с тем, с нашей точки зрения, есть все основания считать, что это не так. К рассматриваемым исследованиям, проводимым в рамках про­изводства ССТЭ, следует относить:

а) установление тождества объекта и его отображения. При производстве кри­миналистических экспертиз эти исследова­ния направлены, в частности, на установле­ние тождества папиллярного узора пальцев конкретного человека и отпечатков этих узоров на различных предметах (дактило­скопическая экспертиза); установление тождества между конкретной парой обуви пешехода и отображением следов его обу­ви на поверхности грунта (трасологическая экспертиза). Ставя перед экспертом во­прос: «Это ли конкретное здание, строение или сооружение (либо его часть, фрагмент) отображено в проектной документации, на фотографиях (в том числе – аэрофотосъем­ка, съемка из космоса), схемах, эскизах или чертежах?», – суд ориентирует эксперта на установление тождества между объектом, существующим в натуре, и его отображе­нием в различных формах на основе оценки комплекса идентификационных признаков объекта и суждений о его идентификаци­онных свойствах.

Соответственно, если пользоваться традиционной экспертно-криминалисти­ческой терминологией, согласно одной си­стеме понятий спорное здание, строение или сооружение здесь является идентифицируемым объектом (т.е. тем, отождествле­ние которого составляет задачу исследова­ния), а его изображения в различных фор­мах – идентифицирующими объектами (т.е. объектами, с помощью которых решается эта задача). Согласно другой системе по­нятий – эти объекты будут именоваться как

 «искомый» и «проверяемые». И те и дру­гие являются объектами идентификации, т.е. объектами, по отношению к которым «непосредственно ставится и разрешается вопрос о тождестве или отсутствии тожде­ства», и объектами, которые служат мате­риалом для решения этого вопроса;

б) установление принадлежности части объекта к целому. Применительно к криминалистической идентификации это «конкретный целый предмет, части кото­рого обнаружены в связи с определенны­ми обстоятельствами дела и поэтому яв­ляются доказательствами»14. К указанным обстоятельствам в данном контексте сле­дует относить последствия взрыва либо дорожно-транспортного происшествия, в результате которых взрывное устройство (в первом случае) и фары автомобиля (во втором случае) утрачивают свою целост­ность; их отдельные фрагменты «разно­сятся» на весьма значительное расстояние от места события. В отношении судебной строительно-технической экспертизы это нечто иное. К проводимым в ее рамках ис­следованиям ближе по существу следую­щее: «Наряду с идентификацией предме­та, разделенного на части… фигурирует и идентификация сложного предмета путем установления принадлежности ему частей, а также установления принадлежности предмета комплекту»15. При рассмотрении гражданских споров о праве собственно­сти на тот или иной строительный объект истец или ответчик аргументирует свои притязания на него тем, что объект явля­ется элементом уже принадлежащего ему строительного комплекса (производствен­ного, архитектурного, жилого и пр.) при отсутствии каких-либо иных (в том числе имеющих документальную форму) аргу­ментов. Перед экспертом, соответствен­но, ставится вопрос: «Является ли спорный объект элементом строительного комплек­са?». Решая данный вопрос, эксперт уста­навливает наличие (отсутствие) признаков единства (архитектурно-планировочного, композиционного, инженерно-коммуника­ционного, технологического16 и пр.) спор­ного объекта и комплекса иных объектов. При наличии и достаточности17 таких при­знаков эксперт констатирует принадлеж­ность спорного объекта к комплексу, при отсутствии – выносит суждение о том, что объект самостоятелен и не является эле­ментом строительного комплекса. В том случае, если искомые признаки есть, но их, с точки зрения эксперта, недостаточно для категорического вывода, он формулирует вывод в вероятной форме либо сообщает о невозможности дать заключение по дан­ному вопросу;

в) установление тождества объекта самому себе в различные периоды време­ни необходимо в тех случаях, когда нужно индивидуализировать тот или иной спор­ный строительный объект, выделить его среди схожих, находящихся в непосред­ственной близости. «Любой объект… зани­мая определенное место в пространстве и времени, подвергаясь воздействию опре­деленных условий… также является опре­деленным объектом. Идентифицировать можно все, что индивидуально, способно к материальному или идеальному отраже­нию этого свойства на других объектах и по отображению которого может быть точ­но установлен искомый объект». Данная ситуация характеризуется давностью воз­ведения спорного строительного объекта (или его части), его изменениями (при­стройки, надстройки, изменения внеш­ней фактуры фасада и пр.) во времени. Идентифицируемым объектом здесь бу­дет строительный объект в его современ­ном состоянии и облике. А идентифици­рующими – потенциально его отражения (фотографии, эскизы и пр.) в различные периоды времени. Отмечая изменчивость объекта исследования во времени, нельзя не сказать о трансформации тождества. А.И. Винберг, представляя развернутую характеристику видов криминалистиче­ской идентификации, подчеркнул, что «неподвижного тождества не существует, в свойствах объектов происходят изме­нения, которые путем анализа могут быть обнаружены и затем исследованы с точки зрения закономерности их образования и развития»;

г) установление единого источника происхождения объектов исследования. Под такими объектами, в частности, по­нимают «определенное количество одно­родных предметов, которое по наличию в них случайных для данных обстоятельств дела признаков отличается от другой мас­сы предметов того же рода, но имеющей другое происхождение»20. В ходе судебного разбирательства установлению, в частно­сти, подлежит конкретная организация, осу­ществлявшая тот или иной этап возведения строительного объекта или его капитально­го (либо иного вида) ремонта, расширения, реконструкции. В настоящее время не су­ществует материаловедческих судебно-экс­пертных методик, позволяющих определить давность выполнения строительных работ, а также их исполнителей. Вместе с тем дан­ные обстоятельства не всегда остаются не установленными экспертом-строителем. В том случае, если при проведении опреде­ленных производственных операций время (период прошлого) можно установить путем исследования соответствующих документов (журнала выполнения определенного вида работ, актов о приемке выполненных работ и пр.), а признаки используемых при этом конструкций, изделий и материалов позво­ляют их идентифицировать, выделить из ряда иных, схожих, а идентификационные признаки присущи конкретному произво­дителю (например, предприятию-изготовителю21), в архивах которого хранятся копии сопроводительной документации на отпу­скаемый товар конкретному потребителю с указанием дат отпуска товара, то в сово­купности эти данные позволяют определить период (этап), давность проведения тех или иных строительных работ. В ряде же случаев, когда различные строительные организации выполняли работы на одном и том же объек­те последовательно, имеется возможность установить также исполнителя конкретных работ.

Экспертно-криминалистические идентификационные исследования про­водятся преимущественно при рассле­довании умышленных преступлений и на­правлены на установление наличия следов преступного деяния, их отождествление с орудиями преступлений и лицами, их со­вершившими. Здесь идентификационные признаки образуются, как правило, в ре­зультате события, ставшего предметом уголовного расследования. Указание на та­кое событие представлено, в частности, в определении сферы криминалистической идентификации, которое сформулировал В.Я. Колдин. С его точки зрения, данная сфера «ограничивается… исследованиями с целью установления единичного матери­ального объекта путем его отождествления по отображениям в обстановке расследуе­мого события»23. Имеется в виду событие, произошедшее в системе материальных предметов, вещной его обстановке и от­разившееся в ней путем изменения мате­риальной среды в результате этого собы­тия. Судебные строительно-технические идентификационные исследования проводятся при решении вопросов, далеких по своему содержанию от умышленных пре­ступлений и криминальных деяний. Данные исследования проводятся по гражданским делам, рассматриваемым как в судах об­щей юрисдикции, так и в арбитраже, и ха­рактеризующимся тем, что событие, по­влекшее за собой судебное разбиратель­ство, произошло не в мире материальных предметов, а в сфере правовых отношений и никак не отразилось материально. Этим и обусловлена специфика идентификаци­онных исследований эксперта-строителя, направленных на индивидуализацию объ­екта и определение его принадлежности к единому комплексу, персонификацию ис­полнителей определенных строительных работ. Установление и проверка этих об­стоятельств позволяет рассмотреть и раз­решить ряд экономических споров между владельцами зданий, строений и соору­жений, а также функционально связанных с ними земельных участков, споров о пра­ве собственности на недвижимость между участниками процесса строительного про­изводства.

Теоретические вопросы судебной экспертизы Теория и практика судебной экспертизы №2 (38) 2015

­­